НЕ ПРОПУСТИ
Главная » КУЛЬТУРА » HBL (Финляндия): Украина держит фронт

HBL (Финляндия): Украина держит фронт

Война на Украине превратилась в позиционную, и здесь все очень похоже на Первую мировую: глубокие длинные окопы, постоянная стрельба. Война стала статичной, результатов больше нет, говорит отвечающий за связи с общественностью офицер Евгений, с которым корреспондент Hufvudstadsbladet встретилась у форпоста украинской армии неподалеку от Красногоровки.

Поле выглядит пустым, но оно заминировано. Отсюда примерно полчаса ходьбы до окраины Донецка. Иван мечтает сыграть в футбол на стадионе «Донбасс Арена».

«Хотя больше всего мы, конечно, хотели бы сфотографироваться на фоне горящего Кремля», — добавляет он с улыбкой.

Ивану 24 года, он — главный командир форпоста украинской армии под Красногоровкой. Как и остальным солдатам, которых мы встречаем в окопах, ему нельзя называть фамилию. Линия фронта проходит в 500 метрах отсюда. За полем наблюдают с помощью перископа.

Лабиринты окопов

Война на востоке Украины идет с 2014 года, и к настоящему моменту солдаты с обеих сторон успели хорошенько закопаться в землю. Окопы лабиринтами протянулись уже на сотни метров, и их становится все больше. Последние — около Красногоровки — выкопали только в прошлом году.

«Ясное дело, что мы копаем их только там, где это разрешено Минскими соглашениями. Мы видели, что с той стороны их уже начали рыть в серой зоне. Тогда мы, конечно, стали делать то же самое. В этой войне можно продвигаться лишь малюсенькими шажками», — говорит Иван.

Вот так ведется сегодня война на востоке Украины. Солдаты роют окопы и укрепляют их. Следят за тем, что делают на другой стороне. Ждут, что что-то произойдет. Весной, когда России мобилизовала войска и отправила их к украинской границе, обстановка несколько недель была напряженной.

От артиллерийских обстрелов страдают гражданские

В любой момент может начаться артиллерийский обстрел. Во время предыдущего периода так называемой ротации в окопах под Красногоровкой погибли трое солдат. Ротация происходит каждые полгода — на этот срок группа солдат приходит на позицию.

«В последнее время стало намного хуже. Они начали стрелять в нас из MT-12, тяжелой артиллерии, которую применяют против танков. Такие обстрелы наносят большие повреждения, уничтожая в том числе гражданскую инфраструктуру. На прошлой неделе снаряд попал в городскую больницу. Позавчера три снаряда упали на обычную улицу, рассказывает отвечающий за связи с общественностью офицер украинской армии Евгений.

Контекст

Tygodnik Powszechny: соседки из ДонбассаTygodnik Powszechny27.06.2021WE: российские снайперы расстреливают украинских солдатWashington Examiner29.06.2021По словам Ивана, всегда ясно видно, кто именно стреляет с той стороны. Есть огромная разница между стрельбой неподготовленных местных жителей и действиями российских профессиональных солдат.

«Недавно группу инженеров обстреляли снайперы. Я сам военный, но я не умею так стрелять. Было совершенно очевидно, что это специально обученные снайперы, которых прислали из России», — говорит Иван.

Иногда со стороны сепаратистов прилетают беспилотники, с их помощью обстрелы координируют с воздуха.

«Такие дроны стоят минимум 40 000 гривен (около 1 200 евро). Обычный шахтер просто не может знать, как ими пользоваться в военных целях. Одно дело — просто научиться управлять дроном, и совсем другое — направлять с их помощью огонь. Этому явно пришло из России», — говорит Иван.

HBL: Вы не разочарованы, что приходится годами сидеть в окопах?

Иван: Мы отвечаем за своих солдат, нельзя же просто взять и напасть на Донецк. Это привело бы к огромным потерям. У России военный бюджет гораздо больше, там есть поддержка с воздуха и солдат гораздо больше. Если мы пойдем на Донецк, они тут же сообщат всему миру, что необходимо защитить русскоязычное население города. И отправят против нас всю свою армию. Так что умнее было окопаться.

Иван приглашает нас в столовую пообедать гороховым рагу с щедрой порцией соленого свиного сала. Столовая тут — помещение с глубоко утопленным земляным полом. Все сидят на узких скамьях вдоль длинного стола и смотрят телевизор — новости из Донецкой республики. Идет пропагандистская передача о том, как город празднует победу Советского Союза во Второй мировой войне. Солдаты едят и хихикают.

Статьи по темеPolitico: война за воду на востоке УкраиныPolitico26.06.2021«Сегодня украинская армия совсем не такая, какой была в 2014 году. Мы гораздо лучше подготовлены, сейчас мы в состоянии защититься. Это уже что-то», — говорит Руслан, солдат из Одессы.

Когда Россия объявила мобилизацию, украинский президент Владимир Зеленский предложил Владимиру Путину встретиться на линии фронта в Донбассе. Российский президент на это предложение не ответил. По мнению Руслана, Зеленскому вообще не стоило вести с ним переговоры.

«Нет никакого смысла разговаривать с Россией, пока у Украины нет достаточно сильной армии, чтобы сдерживать ее. Лишь тогда Россия будет нас уважать. С Путиным никогда нельзя идти на компромисс. Он сложный противник, хитрый и подлый».

Собственные сад и огород

За годы солдаты хорошо обжили свои позиции. Они выращивают лук и клубнику в маленьком аккуратном огороде. Держат собак: они не просто компаньоны, но и играют важную роль в обороне.

«Собаки всегда вовремя предупреждают об обстрелах. Если пес бежит вниз, в убежище, значит, пора и нам сделать то же самое», — рассказывает Иван.

Многие из этих собак и родились в окопах. Например, белоснежный Уксус, любимец солдат. Он не отходит от нас ни на шаг, выпрашивая ласку.

«Собаки слышат лучше, чем мы»

«Собаки слышат гораздо лучше, чем мы, они тут же понимают, если летит снаряд. А мы следим не только за своими, но и за собаками врага. Можно многое понять, если наблюдать за их поведением», — рассказывает Иван.

По его словам, не все собаки способны жить под постоянными обстрелами. Лучше всех справляются те, кто родился в окопах. Если война продолжится, на этих позициях успеют родиться еще множество дворняг.

Иван уже много лет на фронте, но его родители до сих пор не знают, где он.

«Конечно, они знают, что я офицер, но они думают, что я на военной базе. Я им не говорил, что я на фронте, не хочу, чтобы они беспокоились. Когда началась война, мне было 18 лет. А ведь мы обязаны защищать свою страну. Никто другой за нас этого не сделает».

Источник

Оставить комментарий